Sangreal

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Sangreal » Настоящее время » Быть, а не казаться


Быть, а не казаться

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

Быть, а не казаться
http://78.media.tumblr.com/7b546c8661ed816993da9e3df80d358c/tumblr_n6i71eGYvb1qkvpg7o1_r1_500.gif

Дата: 20 июня 1363, вечер

Место: Лордион, замок герцога Абель

Участники: Филипп Гатине, Женевьева Мерьель

По предложению герцога Филиппа его младшие сестры устраивают маскарад, дабы развлечь свою мать, да и самим отвлечься от тоски по родному дому. Герцогская чета Гатине также присутствует на этом празднике, где Филипп всех удивляет своим внезапным решением.

Отредактировано Geneviève Mériel (2017-11-26 12:49:42)

+1

2

Маскарады, ставшие обыденными за последние полгода в стенах замка герцога Сенье, почти никогда не обходились без чего-либо эдакого. Интриги, сплетни и заговоры цвели и пахли во все времена, но во время затяжной войны они оставались единственным развлечением для богатых аристократов, не занятых непосредственно ратным делом. Пока Жан махал мечом где-то вдали, Филипп предпочитал развлекаться при дворе и наслаждаться компаниями сестёр, дочерей и жен тех, кто отправился вместе с братом герцога на север, а в иной раз может и утешить вдову. Само собой, всё это не столько удовольствия ради, сколько ради злополучной Игры, называемой последние две сотни лет «Большой». Правил не так много и все они сводились к одному – на войне все средства хороши, и не суть важно, мечами или словами дерутся. Филипп хорошо освоил Игру и был одним из лучших, пусть и не лучшим, долгое время оставаясь наиболее именитым её участником – герцог Сенье в силу своей занятости предпочитает не участвовать в ней, играя роль короля, пусть без короны и трона, а королю не пристало принимать участие в этом состязании, по крайней мере самолично. Все наиболее влиятельные особы двора играли через своих посредников, в отличие от герцога Гатине, который и черпал фору из того факта, что непосредственно сам замешан во все действа. Это, безусловно, бесчестно – даже в Игре нельзя оскорбить прямо или косвенно герцога, разве что найдётся другой равный по рангу и силе.
Сегодняшний маскарад был устроен в честь вдовствующей герцогини Гатине, дабы скрасить её пребывание при дворе, а заодно и открыть новый сезон в Игре. Самые мелкие фигурки шахматной доски начали её ещё ранее, да и сам Филипп открыл сезон своей выходкой с дочерью очередного вельможи, так что грех катить бочку с вином на других. Двери распахнулись, и герцог Гатине со своей супругой вошли в просторную залу, богато освещенную и украшенную по последнему слову лордионской моды. Маска на лице мужчины изображала одно из божеств калерийского пантеона – странного бородатого мужчину-карлика, сильно напоминающего сатира из классической имперской литературы. Этот бог покровительствует любви, только не в её поэтической и возвышенной форме, а в самой низменной – той, которую осуждается церковь и которую в иных местах отрицают на всех языках мира, но которую все практикуют. Филиппу показалось это забавным, что нельзя сказать о епископе, хмуро глядевшим из под своей по-спартански простой полумаске с узорами в форме крестов. Никакой фантазии у духовенства, маскарад – маска с крестами, бал – ряса с крестами. В другом углу краем глаза герцог заметил ту самую девушку, которую утром проводил по чёрному ходу в приёмный зал и не сказать, чтобы она сильно страдала. Её отец, сложив руки на груди, глядел прямо на Филиппа, а дочка его ловила заигрывающие взгляды других дворян. Это не было странным, ведь нет лучшей рекомендации для молодой компаньонки, нежели роман с таким привередливым дегустатором, как герцог Гатине. Одарив отца девушки чуть смышленой улыбкой, Филипп перевёл взгляд на жену.
- Кажется, герцог Сенье решил не присутствовать на маскараде, а вслед за ним и его супруга. Кажется, тебя предстоит возглавить сегодняшний праздник, какая удача, - улыбчиво пробормотал Филипп, пока они не подошли к вдовствующей герцогине. Та сидела на богато украшенном кресле в окружении своих дочерей и тех немногих придворных из Шато-Гийар, которые ещё не разбежались.
- Матушка, - укоризненно обратился герцог к своей матери, когда разглядел её маску. Бог наслаждений и, в первую очередь, алкоголя, в чьих жилах, по легенде, течёт вино. Мало того, что маска принадлежит мужскому существу, так ещё какому… Яблоко от яблони и всё в этом духе, скоро и сам герцог начнёт наряжаться в женские маски, если это наследственное.
- От любого я ждала порицания, но не от тебя, - насмешливо ответила вдовствующая герцогиня, попивая вино. Филипп тяжело вздохнул, обращаясь к Женевьеве:
- Любовь моя, скажи матушке, что её маска слишком экстравагантна. Не хватает только, чтобы это вошло в моду, и все дамы при дворе ходили в мужских масках, - театрально пожаловался герцог, как будто вдовствующая герцогиня не слышала это. Представить даже страшно – бородатые женщины, пусть и в масках!

+1

3

Праздничная канитель, длившаяся в течение дня, отвлекла Её Светлость от многих мыслей, в том числе, оставшихся и после утреннего разговора с супругом. Маскарад при дворе - это всегда действие противоречивое, содержащее в себе столько противоположностей. Закрытость лиц под масками граничит с вольной откровенностью, стоит только испытать удачу остаться неузнанным. Игра, проявляющаяся в кокетливых взглядах и нескромных улыбках, раскрывает вполне естественные желания и стремления. И за всей этой сказочной атмосферой, созданной благодаря костюмам и маскам, кроется обычное развлечение вполне себе приземлённых людей в большинстве своём. Но, наверное, именно этим так и привлекают всех маскарады. Женевьева не была исключением. Подобный вид придворного развлечения ей весьма нравился.
Выбирала для себя роль она не столь и долго. На маскараде этом молодая герцогиня олицетворяла богиню красоты. В прорезях золотистой маски виднелись серые глаза, заинтересованно рассматривающие обстановку в зале, куда Её Светлость вместе с мужем прошли незадолго после начала маскарада.   
На замечание Филиппа об отсутствии герцогской четы Абель Женевьева улыбнулась, и улыбка эта выражала удовлетворенность. Выпавшая ей роль вполне льстила тщеславию женщины, которая уже начинала отвыкать от полюбившегося ей чувства первенства при дворе. Всё же жаль, что они на в Шато-Гайар, тогда её главенство в зале было бы не случайностью в отсутствие хозяев замка, но вполне закономерным правом находиться в центре всего, что происходит при их дворе.
- А говорят, что под масками все равны, и титулы в таких случаях уже не имеют особого значения, - тихо отозвалась герцогиня, осматривая костюмы всех прочих присутствующих. - В конце концов, каждый второй из нас выбрал для себя роль божества и, кажется, кто-то этим не особо доволен, - мрачный, осуждающий взгляд епископа было сложно не заметить. Да и вообще представитель Церкви выглядел весьма хмуро, что невозможно было скрыть даже за его скучной совсем простой маской. Вероятно, духовенство находило неуместным во время войны, столь щедро «приправленной» религиозными лозунгами, веселиться, и веселиться столь откровенно и неоднозначно. Герцог Гатине и так не слыл самым набожным и благочестивым лордионцем, так ещё и на маскарад являлся в костюме бога Любви, но совсем не той возвышенной любви, к которой призывают на проповедях, когда речь идёт о восхвалении и служении Создателю нашему. Тем удивительнее было услышать из его уст возмущение маской вдовствующей герцогини. Женевеьва обратила свой взор на свекровь. Женщина эта не изменяла себе. Подобно старшему сыну, Франсуаза Мормильон нашла чем удивить весь двор, напрямую выставляя те грехи, в которых её могли бы упрекнуть, причем справедливо. Да ещё и изображала она божество мужского пола. Такое затмить и забыть будет непросто.
- Тебе не о чем переживать, дорогой, не каждая женщина отважиться выбрать подобную роль, - беря с подноса слуги бокал с вином, отреагировала Женевьева на слова мужа и улыбнулась свекрови. - Мне нравится ваш выбор, мадам. Не слушайте Филиппа, не знаю, что на него нашло. Видимо, изначально он хотел выбрать для себя костюм священника, чтобы читать всем нравоучения, но перепутал маски, - конечно, подобная маска - действительно, экстравагантно, и, возможно, даже чересчур, но осуждать свою свекровь Женевьева не бралась. Во всяком случае, не здесь и не сейчас, когда роли уже выбраны и их не поменять посреди всего действа. 
С комплиментами обратилась герцогиня и к своим золовкам, находившимся здесь же. Свежесть юности прекрасно гармонировала с их нарядами и создавала весьма приятное и умилительное зрелище. А затем вновь посмотрела на мужа.
- Не переживай, Филипп. Наверняка, у тебя есть пара козырей в рукаве, и ты всё равно умудришься сделать так, чтобы завтра все обсуждали не костюм твоей матушки, а твою очередную выходку, наподобие утренней, - двор, это не то место, где можно что-либо скрыть. Едва герцогиня покинула их покои, как быстро нашёлся доброжелатель, который поведал Её Светлости о причинах того самого смеха около комнат Гатине утром. - Не поделишься, что задумал? - широко улыбнувшись супругу, герцогиня игриво посмотрела на него, покачивая в руках бокал с вином.

+1

4

Филипп закатил глаза, как только Женевьева начала явно выражать свою солидарность со свекровью. Взяв бокал с вином с подноса слуги, герцог обернулся, покуда герцогиня обхаживала мать и сестёр своего мужа. Несмотря на довольно бодрый разговор семьи Гатине, основная часть присутствующих была занята не подслушиванием их небольшой шутливой перепалки, а танцами, сплетнями и ухаживаниями. Недовольно улыбнувшись матери, Филипп вместе с Женевьевой отошли подальше, обходя залу по периметру и встречаясь взглядом с многочисленными гостями.
- Как глупо, - начал герцог, не переводя взгляда на жену, - Обхаживать мою мать, моих сестёр, даже моего брата, но не меня, - наконец, он обогнал Женевьеву и поклонился в такт музыке, приглашая её на танец. Протянутая рука скоро почувствовала прикосновение женской ладони, после чего они начали неспешный танец.
- Меня не внимание общественности волнует, а репутация моей матушки. Такими темпами все сочтут её безумной, - бросив короткий взгляд на мать, Филипп вновь посмотрел на жену, - Незачем все знать об этом, - с ехидной улыбкой добавил он. Танец был достаточно медленным и неспешным, чтобы мужчина успевал рассматривать спрятанные под масками лица окружающих, отмечать их реакцию. Некоторые были настолько незамысловатыми, что даже маска не мешала герцогу читать их мысли и намерения, за долю мгновенья определять их расположение к той или иной партии при дворе и чуть ли не предугадывать планы. Естественно, некоторые оставались непостижимыми для Филиппа и таковых становилось с каждым месяцем всё болье - с войны то и дело возвращались ветераны, а они, с каменным лицом и военной выдержкой, не привыкли выражать своих эмоций. По светло-красному пятну на рукаве одного из графов герцог догадался, что у него сегодня была приватная встреча с одной известной придворной дамой, служащая фрейлиной у герцогини Гатине, ведь именно у Её Светлости в избытке чудесное азалийское вино, пятно от которых быстро выцветают, в отличие от прочих сортов вин.
- Пока что я ничего не задумал, а у тебя есть предложения? - спросил Филипп супругу, приподнимая её в танце. Ловко уйдя от столкновения с посредственным танцором, герцог обратил внимание на вошедшего в залу солдата, вставшего у двери. На нём не было доспехов и при нём не было оружия, однако нашивка на рукаве была стандартной для сержантов армии, а чёрный лев на груди выдавал в нём солдата Гатине.
- Те, кто так говорят, не правы. Титулы всегда играют значение, подчас большее, чем земли, привилегии и армии, полагающиеся им, - наконец, танец закончился и все пары начали расходиться, Филипп же повёл супругу к входу, где стоял солдат. Вести с фронта? Герцог готов был осыпать золотом этого солдафона, если он сообщит, что Жана схватили в плен или он потерпел позорное поражение и вскоре явится для публичной порки в этот замок.
- У вас вести для нас? - спросил Филипп солдата, когда они подошли достаточно близко к нему. Мужчина поклонился в ответ, протягивая запечатанное письмо герцогу. Сломав печать, Филипп принялся читать содержимое, после чего опустил на время взгляд, выждав небольшую паузу. Увы, вести были не о Жане, а солдату не суждено стать самым богатым сержантом в Лордионе.
- Новости от твоего отца, - наконец, подняв взгляд на жену, молвил герцог, - Сен-Поль под осадой наёмников герцога Паррена, - протянув письмо жене, Филипп тут же обратился к солдату:
- А что мой брат? Он знает о том, что враг вошёл ему в тыл и вот-вот возьмёт город? - солдат кротко кивнул в ответ:
- Увы, маркиз не может выделить солдат для снятия осады, покуда сам занят осадой Шато-Гайор. Он просил герцога Сенье выделить солдат для Сен-Поля, но, - не успел солдат договорить, как Филипп перебил его, кивнув:
- Но солдаты Его Светлости растянулись по всему востоку на случай вторжения узурпатора Нуаре, - выждав небольшую паузу и поразмыслив, Филипп вновь обратился к солдату:
- Сколько наших людей в Абеле? - солдат несколько мгновений перебирал информацию в уме:
- Около пяти сотен, если считать и вашу охрану, - ответил он, - Стало быть, четыре сотни, - оставлять семью совсем без охраны было невозможно, даже если люди Сенье пообещают присмотреть за ними. Не доверял герцог такие вопросы даже ближайшим союзникам.

+1

5

- Хочешь сказать, что тебе не хватает моего внимания? - наигранно удивившись, Женевьева опустилась перед мужем в легком реверансе, тем самым принимая его приглашение на танец, и вложила свои пальцы в протянутую мужскую ладонь. Интересно, что считаясь весьма одиозной и экстравагантной фигурой при дворе, герцог Гатине с некой щепетильностью относился к тому, какая репутация будет сохраняться у всех прочих членов его семьи, включая мать. Впрочем, обвинять в этом его Женевьева не спешила, всё же это скорее проявление заботы о семье и её интересах, чего всегда ждали от Его Светлости как от главы их дома.
- Не думаю, что выбор маски на маскараде так уж сильно испортит репутацию твоей матери. Но, в конце концов, её можно попробовать убедить вести себя менее вызывающе, указав на то, что её репутация напрямую может сказаться на репутации твоих сестёр и возможности выдать их удачно замуж.
Анне-Марии уже исполнилось 19 лет, и по общим меркам это был уже достаточно солидный возраст для девицы, не связанной ни с одним из благородных мужей даже помолвкой. Речь о том, чтобы скорее найти ей супруга, поднималась не раз, в том числе, и самой вдовствующей герцогиней. Обстоятельства, когда Гатине остались на неизвестное время без своих владений, могут весьма плачевно сказаться на привлекательности невест из этого Дома, так что не будет же Франсуаза сама ещё более усугублять это положение.
- Нет, но удивлена, что ты не подготовился заранее, - рассмеялась Женевьева, крепче опираясь на руки Филиппа, когда он чуть её приподнял, и игриво смотря ему прямо в глаза.
Их неспешный танец продолжался, и герцогиня подобно супругу рассматривала всех придворных. Когда находишься достаточно долго среди одних и тех же лиц, привыкаешь к ним и их поводкам настолько, что даже самые необычные и таинственные костюмы на деле нисколько не скрывают своего «хозяина». Ещё до маскарада примерно знаешь, кто и в какой маске может появиться, и нисколько не удивляешься, угадывая затем без труда присутствующих, лишь за редким исключением в виде тех, кто прибыл в Шамбль совсем недавно.
- И для нас хорошо, что это именно так, - задумчиво отозвалась герцогиня на слова мужа о титулах, обращая свой взор в ту сторону, куда смотрел и Филипп. Солдат по чьему внешнему виду несложно было догадаться, кого он ждёт у выхода из залы. Вести с фронта могут носить двойственный характер - либо это что-то обнадёживающее, либо, наоборот, новости принесут ещё больше разочарований, чем есть сейчас. Поэтому в груди сразу появились противоречивые желания. Одновременно хотелось и быстрее узнать, что же скажет им солдат, и было страшно подходить к нему. Но когда танец завершился, Женевьева последовала рядом с мужем к скромно ожидавшему их солдату, а затем внимательно следила за реакцией Филиппа на протянутое письмо. На лицо мужа упала тень, взгляд его опустился, и герцогиня поняла, что надежде и радости места уже не будет. Сердце стало биться учащенно от опасений. Насколько страшным окажется то, что произошло на фронте? Но во всех предположениях, которые вихрем промчались в голове, не прозвучало название родного графства. И когда его произнёс Филипп герцогиня удивленно моргнула несколько раз, будто не веря собственным ушам. Хотя, казалось бы, что в этом было на самом деле удивительного? С момента как люди герцога Перрена оказалась на их землях, по сути, это было лишь делом времени. Неуверенно протянув руку, Женевьева взяла из рук мужа письмо и бегло стала вчитываться в строчки, внимательно при этом слушая, о чём говорили герцог и солдат. Только сегодня утром, когда речь заходила о Шато-Гайор, Филипп раздраженно бросал фразы о том, что их родовой замок не является столь важным, чтобы на него бросать все свои силы, когда надо защищаться сразу от двух врагов. Женевьева явно не столь сильно разбиралась в вопросах стратегии, как её муж или его брат, а мысль о том, что её семья может быть в опасности ещё больше отделяла её от здравых холодных размышлений о том, на каком положении тогда считается Сен-Поль?
- Три сотни… - сумбурно повторила за Филиппом герцогиня, отрывая взгляд от исписанного листа бумаги. - Этого разве может хватить, чтобы удержать Сен-Поль?

+1


Вы здесь » Sangreal » Настоящее время » Быть, а не казаться


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC